Международные стандарты об амнистии и особенности казахстанских законов об амнистии
В международном праве нет единого универсального или регионального международного договора, который регламентировал бы правила проведения амнистии. Но следует отметить, что международное сообщество государств все же выработало некоторые стандарты и принципы в сфере прав человека, которые направлены на ограничение произвола государств и на определение того, что допустимо и недопустимо при объявлении амнистии. Необходимо сказать, что подобные стандарты в той или иной мере разработаны Организацией Объединенных Наций (ООН), в том числе созданным в ООН Управлением Верховного комиссара ООН по правам человека (УВКПЧ); правозащитными международными структурами, среди которых важную роль играет, в частности, Международная Амнистия (название на английском языке - Amnesty International). Следует указать и на Международный Комитет Красного Креста, который также вносит свой вклад в понимание и формулирование международных стандартов в рассматриваемом направлении.
Эти международные организации считают необходимым внедрение в виде международного стандарта об ограничении произвола государств при осуществлении амнистии. В этой связи международно-правовые нормы определяют, что государство не вправе применять амнистию к лицам, которые совершили нижеследующие категории преступлений: а) военные преступления; б) преступления против человечности; в) геноцид (истребление нации, массовые убийства людей только потому, что они относятся к определенной этнической группе); г) пыточные и жестокое обращение; преступления, приводящие к насильственному исчезновению людей.
Целесообразно сравнить международно-правовое и казахстанско-правовое видение категорий преступлений, совершение которых не позволяют лицам, их совершивших, надеяться на применение к ним амнистий. Однотипные 2 казахстанских закона об амнистиях последних лет приводят следующие категории преступлений, совершение которых не позволяют лицам, их совершившим, выйти на свободу по амнистии: преступления против половой неприкосновенности несовершеннолетних, террористические преступления, экстремистские преступления, пыточные преступления, рецидивные (совершенные повторно) преступления, а также искусственно и незаконно подтянутые к запрету на амнистии коррупционные преступления.
Сравнительно-правовой анализ международно-правового и казахстанско-правового подходов приведенных выше категорий преступлений, по которым амнистия не может быть применена, показывает, что международное право обращает особое внимание на международные преступления и преступления международного характера (военные преступления; преступления против человечности; геноцид). Во внутреннем, казахстанском праве, как видим, этих 3-х преступлений, которым противопоказана амнистия, нет. В казахстанском праве об амнистии нет упоминания о преступлениях, приводящих к насильственному исчезновению людей, что упомянуто в международном правовом стандарте. Совпадение в международно-правовом и казахстанско-правовом подходах случилось в отношении пыточных преступлений и жестокого обращения. Вместе с тем, мы видим, что международное право не содержит стандарты по неприменению амнистий в отношении преступлений против половой неприкосновенности несовершеннолетних, террористические преступления, экстремистские преступления, рецидивные (совершенные повторно) преступления, а также коррупционные преступления.
Такое разное понимание категорий преступлений по неприменимости к ним амнистий в международном и внутригосударственном праве безусловно требует от мирового сообщества государств разработки и принятия как региональных, так и международного универсального многостороннего договора по вопросам применения амнистии к тем или иным категориям преступлений. Это нужно для того, что в международном сообществе было сформировано примерно общечеловеческое понимание явлений преступности, амнистии как инструмента оптимального сочетания справедливого наказания и прощения за совершенное преступление. Тогда и в государствах меньше будет разнобоя в понимании амнистии, применяемом в в отношении тех или иных категорий преступлений.
Если допустить, что мы находимся в международном зале, где представители многих государств планеты собрались разработать универсальный международный договор по вопросам амнистий, то представители Казахстана смогли бы убедить, что преступления против половой неприкосновенности несовершеннолетних, террористические преступления являются теми самыми категориями преступлений, в отношении которых не может быть применена амнистия. Что касается экстремистских преступлений, в отношении которых казахстанская делегация настаивала бы на неприменимости к ним амнистии, исходя из своих законов об амнистии, то вряд ли она получила бы поддержку со стороны представителей многих государств. Это было бы связано с тем, что понятие экстремизма – весьма субъективное, к том же спорное понятие. Некоторые государства нахождение человека на улице с плакатиком невинного содержания воспринимают как экстремизм, приводящий его в камеру предварительного заключения или к штрафу, во многих других государствах мощная антиправительственная демонстрация воспринимается как нормальное, конституционное право человека на публичное выражение своих требований.
А если представители нашей страны в международном зале стали бы настаивать на том, что лица, совершившие коррупционные преступления, не имеют права на амнистию, то здесь тем более они не нашли бы поддержки у мирового сообщества. Во-первых, оппоненты указали бы нам на противоречие в нашем собственном законодательстве: в одном законодательном акте (Уголовном кодексе) коррупционные преступления не фигурируют как преступления, в отношении которых амнистия не предусматривается, а в конкретных казахстанских законах об амнистиях регулярно возникает норма о том, что коррупционные преступления – это та категория преступлений, в отношении которых амнистия не предусматривается. Во-вторых, коррупционные преступления – это не насильственные преступления против личности, против людей, поэтому не представляют собой особой общественной опасности на фоне того, что в 2-х последних законах Казахстана об амнистиях есть статьи, которые предоставили и предоставляют освобождение преступникам по амнистии, совершившим насильственные преступления против личности (например, по статье 146 Уголовного кодекса РК «жестокое, бесчеловечное или унижающее достоинство обращение, пытки»).
Таким образом, довод о коррупционных преступлениях, по поводу которых могла бы спорить казахстанская сторона, настаивая на том, что эта категория преступлений не должна подпадать под амнистию, мировым
сообществом большинством голосов наверняка была бы отклонена категория преступлений как искусственно и незаконно подтянутая к запрету на амнистии.
Если представители Казахстана, основываясь казахстанском законодательстве об амнистии, начали бы настаивать на том, чтобы рецидивные (совершенные повторно) преступления должны быть отнесены к преступлениям, которые не могут стать объектом амнистирования, то и здесь казахстанская делегация рискует увязнуть в споре: есть мелкий вор-рецидивист, а есть серийный и жестокий убийца-рецидивист. И так ясно, что рецидивные преступления должны отграничиваться одно от другого, прежде чем их считать преступлениями, безусловно не подпадающими под амнистию.
Обобщая проанализированное выше, следует сказать, что есть категории преступлений, которые не могут и не должны подпадать под амнистию. Я поддерживаю казахстанского законодателя в том, что лица, совершившие половые преступления против несовершеннолетних, террористические преступления, пыточные преступления и жестокое обращение, рецидивные преступления по видам жестоких преступлений против личности не могут быть амнистированы. Я хотел бы рекомендовать казахстанскому законодателю присмотреться к международным нормам и стандартам, имеющим отношение к военным преступлениям, к преступлениям против человечности, к преступлениям, приводящим к насильственному исчезновению людей с тем, чтобы они вошли в состав преступлений, которые не подпадают под амнистию.
Я предлагаю это потому, что Республика Казахстан является полноправным субъектом современного международного права, членом ООН и многих международных организаций, имеющих отношение к правам человека, которая должна руководствоваться международными стандартами. Кроме того, я предлагаю потому, что мы находимся в окружении больших и немалых государств, обладающих обычными и ядерными видами вооружения, приведенные и принятые нашим государством приведенные выше международные стандарты, а также стандарты и нормы Международного уголовного суда могли бы стать предупредительным фактором для тех руководящих лиц конкретного государства, которые могут вынашивать планы нападения на нашу страну.
По разным данным, в Казахстане ежегодно исчезают без вести от 500 до 1,5 тысячи человек, в том числе по причинам насильственного исчезновения. Эти факты должны побудить казахстанского законодателя ввести по этому составу преступления отдельную статью в Уголовный кодекс страны. При этом следует отметить, что казахстанский законодатель статьями 339 и 339-1 УК РК озаботился растениями и животными, которые могут оказаться под угрозой исчезновения, а вот озаботиться причинами и борьбой с насильственным исчезновением людей у него пока не получается. Но в любом случае необходимо ввести эту категорию преступлений в состав тех категорий, которые не должны подпадать под амнистию.
Но, как нами отмечено выше, есть категории преступлений (коррупционные преступления, рецидивная преступность по видам преступлений и тяжести общественной опасности, экстремистские преступления по видам нарушения и степени общественной опасности), которые могут и должны подпадать под амнистию.
Сформулированные в Основных принципах и руководящих положениях ООН о праве на средства правовой защиты международные стандарты требуют, чтобы проводимые государствами амнистии не нарушали базовые права потерпевших от преступлений лиц. К таким международным стандартам необходимо отнести: а) предоставление права на эффективное средство правовой защиты, что означает: жертвам преступления должна быть предоставлена реальная возможность добиться справедливости и наказания виновных по отношению к ним; б) право на получение репарации, что означает: амнистия не может и не должна отменять право жертв на компенсацию нанесенного преступлением ущерба или восстановление нарушенных преступником прав жертвы; в) право на получение правдивой информации: от общества нельзя скрывать любые обстоятельства, при которых и по причинам которых совершались массовые нарушения прав человека, тем более приведшие к массовым убийствам.
В русле данной темы определенный интерес представляет статья в газете «Деловая неделя» под названием «Пустая амнистия или Где логические дыры в административно-уголовном «прощении» 2026 года» от 12 июня 2026 года, № 21 (1655). В 78 колониях страны отбывают наказание в виде лишения свободы около 40 тысяч человек (см.: например, источник: Где в Казахстане больше всего заключенных. 25.06.26. - https://inbusiness.kz/ru/last/gde-v-kazahstane-bolshe-vsego-zaklyuche- nnyh). Приведенная в статье численность в 30 тысяч человек в принципе не нарушает логический ход мыслей в статье, в ряде случае даже усиливает доказательное обоснование ненадлежащего уровня условий содержания людей в тюрьме. Если, как написано в данной статье, при численности в 30 тысяч заключенных «учреждения пенитенциарной системы испытывают высокую нагрузку», «где-то не хватает мест, в результате чего люди вынуждены спать по очереди (!), не говоря уже о качестве еды и санитарии». Если такое происходит при 30 тысячах осужденных, то страшно подумать, что происходит при 40 тысячах заключенных.
Текст проекта Закона об амнистии в связи с принятием новой Конституции РК 2026 года в плане разработки был поручен Министерству внутренних дел РК. Автор редакционной статьи газеты «Деловая неделя» правильно подвергает сомнению слова руководства данного министерства, которое утверждало, что «предполагается освободить от уголовной ответственности тех, кто совершил преступления небольшой тяжести, уголовные проступки, а также преступления средней тяжести без причиненного ущерба». Судьи в принципе не должны были назначать реальные сроки лишения свободы тем, кто совершил преступления небольшой тяжести, а уголовные проступки тоже не тянут на лишение свободы лиц, их совершивших, а в отношении невозмещенного ущерба есть немало логических вопросов, на которые нам нужно искать ответы. Здесь надо иметь в виду, что судьи не могут по своей инициативе привлекать кого-либо к уголовной ответственности. В своей работе судьи движутся с учетом представленных им по линии правоохранительных органов уголовных дел. А они бывают разные: большие и малые, особо тяжкие и уголовные проступки, граничащие с административными правонарушениями. И поэтому судьи плодят большое количество преступников из среды лиц, совершивших уголовные проступки. Поскольку они нарушили те или иные статьи Уголовного кодекса, то судьи приговаривают их, как правило, к лишению свободы.
Кто у нас основной поставщик лиц, совершающих уголовные проступки? Участковые инспекторы местных полицейских органов системы Министерства внутренних дел РК. Лица, совершающие уголовные проступки, - удобный материал для всех, поскольку они массами уходят в места лишения свободы. Хорошо для участковых, улучшающих показатели в своей работе, хорошо для системы 78 колоний страны, которые, потеряв часть своего контингента, должны эту часть добрать за счет новых лиц, совершивших уголовные проступки, поскольку если они не доберут эту часть, то нужно будет уволить часть сотрудников уголовно-исполнительной системы МВД сверху донизу. Поскольку на содержание заключенных в колониях государственный бюджет на 2027 год Министерству внутренних дел уже выделил 78 миллиардов 630 миллионов 398 тысяч тенге, которые нужно освоить, поэтому терять эти миллиарды тенге в системе МВД не желают. Чтобы эти суммы не потерять, логически надо полагать, нужно поднапрячь участковых инспекторов, дознавателей, следователей. Это – одна из причин обвинительного уклона в дознавательско-следственной деятельности наших правоохранительных органов.
Но ситуация может сложиться так, что при всех усилиях нашим участковым, дознавателям-следователям не удастся закрыть образовавшуюся в результате амнистии брешь. На этот случай уголовно-исправительная система Министерства постарается выпустить по амнистии на свободу минимальное количество отбывающих в колониях наказание лиц.
По данным МВД, на свободу по амнистии по предложенному тексту закона об амнистии выйдут только 1,5 тысяч заключенных, которые должны доказать, что они готовы соблюдать законопослушный образ жизни». Это – мизерная численность по сравнению с общим количеством заключенных в тюрьмах республики. Согласен я и с тем, что нужно добиваться снижения переполненности тюрем. И не только потому, что не хватает койко-мест и еды. Снижать численность сидельцев в тюрьмах нужно ради разумной экономии госбюджетных средств: объем внешнего долга Казахстана на 1 апреля 2025 года достиг 170,5 миллиарда долларов (Внешний долг Казахстана превысил 170 миллиардов долларов. - https://tengrinews.kz/kazakhstan_news/vneshniy-dolg-kazahstana-prevyisil-170-milliardov-dollarov-575068/), которые надо возвращать.
Надо исходить, как пишет данная газета со ссылкой на Генерального прокурора РК, из того, что на содержание каждого заключенного тратится 3 миллиона тенге в год. Если умножить на количество заключенных, которых практически не хотят выпускать, то получается цифра, которая огромным бременем ложится на государственный бюджет страны. И я согласен с выводом редакторов из «Деловой недели» о том, что эта крохотная экономия в связи с освобождением всего лишь 1,5 тысяч заключенных явно не соответствует «масштабу «заявленной политической цели».
Массовое помилование и освобождение всех предпринимателей (а их в тюрьмах не менее 7 тысяч человек – Казахстанская правда, 2025, 23 декабря, с. 6) было бы правильным решением вопроса. Силовики и судьи США, стран Западной Европы, Швейцарии, оберегая экономическую безопасность страны, стремятся наказывать предпринимателей не путем лишения свободы, а посредством назначения ощутимых штрафов и возмещения ущерба.
Ознакомившись с Законом Республики Казахстан «Об амнистии в связи с принятием новой Конституции Республики Казахстан» еще в проекте, я узнал, что лица, осужденные за коррупционные преступления, не подпадают под данную амнистию, в связи с чем я выражаю свое несогласие с таким подходом составителей этого Закона по следующему основанию. Смысл этого основания заключается в том, что составители текста проекта Закона об амнистии в связи с принятием новой Конституции РК явно нарушили нормы действующего Уголовного кодекса РК от 3 июля 2014 года № 226-V ЗРК и Закона РК от 6 апреля 2016 года № 480-V ЗРК «О правовых актах».
В проекте Закона РК «Об амнистии в связи с принятием новой Конституции РК» в нарушение статьи 78 Уголовного кодекса РК лица, совершившие коррупционные преступления, включены почему-то как лица, не подпадающие под амнистию. Между тем, это явно противоречит статье 78 Уголовного кодекса РК, в которой коррупционные преступления не входят в исчерпывающий список категорий преступлений, не подпадающих под амнистию. Это означает, что лица, совершившие коррупционные преступления, имеют право быть освобожденными по предстоящему Закону Республики Казахстан «Об амнистии в связи с принятием новой Конституции Республики Казахстан».
Я не за то, чтобы находящимся в тюрьмах коррупционерам, в том числе судьям-коррупционерам, создавали какие-то льготы, в том числе по амнистии, но я против того, чтобы их дискриминировали в сравнении с субъектами других преступлений. К примеру, под амнистию (под освобождение) официально подпадают те лица, которые совершили жестокие, бесчеловечные или унижающие человеческое достоинство обращения, а также пыточные действия (статья 146 Уголовного кодекса РК 2014 года). Удивительно то, что в пункте 5 статьи 3 Закона РК от 1 июля 2026 года «Об амнистии в связи с принятием новой Конституции Республики Казахстан» громко продекларировано, что в отношении «лиц, совершивших пытки, амнистия не применяется», а в пункте 16 статьи 3 того же Закона от 1 июля 2026 года тихо опущена статья 146 «жестокое обращение, пытки» Уголовного кодекса РК, что приводит пыточников к выходу на свободу по амнистии. Декларации в любом законе юридически ничего не значат, имеют юридическое значение и реальное исполнение конкретные статьи законов, кодексов, их наличие или отсутствие в соответствующем перечне. В пункте 16 очень много конкретных статей УК РК, наличие которых означает, что каждая из них не подпадает под амнистию, и наоборот, под амнистию подпадают те статьи УК РК, которые не вошли в перечень пункта 16. Поскольку статья 146 «о жестоком обращении и пытках» в этот перечень не вошла, лица, осужденные по статье 16, подпав под амнистию, выходят на свободу. В переводе на обычный, понятный русский язык, это означает, что пыточники – это насильники, истязатели, как правило, пытающие подозреваемых в процессе досудебного расследования. Вероятность того, что представители этой публики, оказавшись на свободе по амнистии, будут по привычке, в соответствии со своими преступно-профессиональными навыками совершать те или иные виды насилия, достаточно высока. Складывается невольное ощущение того, что разработчики текста данного Закона из МВД РК технично позаботились таким образом о благополучном применении амнистии по отношению к своим коллегам-пыточникам.
А вот лица, совершившие коррупционные преступления, отпущенные, предположим, на свободу по амнистии, не смогут даже при большом желании совершать коррупционные преступления, поскольку судебным приговором изначально их лишили права на работу в органах государственной власти на длительные, многолетние сроки. Иначе говоря, они будут надолго, если не навсегда лишены права с помощью взяток торговать государственными интересами. Насильственных преступлений они, как правило, совершать не могут, хотя бы в силу своей интеллигентности. В то же время, освобожденные по амнистии насильники-истязатели преподнесут обществу немало сюрпризов. Несмотря на то, что лиц, совершивших и могущих совершать насилия против личности, глумиться над законопослушными гражданами, на свободу по амнистии выпускают, а коррупционеров – нет. Такой подход, изложенный в законопроекте об амнистии, на мой взгляд, нелогичен, незаконен.
Разумеется, мы должны вникнуть в причины достаточно большой коррупциогенности в обществе. Одна из причин заключается в том, что судейская сфера в стране является одной из наиболее коррупциогенных. Это можно видеть на примере того, что за все последние 35 лет независимости в стране, общее число осужденных за коррупционные преступления судей в Казахстане составляет ориентировочно от 80 до 110 человек (подсчитано автором данной статьи по различным источникам и подтверждено искусственным интеллектом), и это несмотря на то, что они и тогда и теперь защищены на конституционном и законодательном уровне броней достаточной неприкосновенности. И граждане знают, сколько нужно заплатить судье, чтобы уйти от уголовной ответственности, чтобы получить смягчение наказания, сколько должен заплатить кандидат в судьи судье-начальнику для получения должности судьи в том или ином регионе. Я вношу предложение: если снять неприкосновенность в отношении судей, позволить правоохранительным органам брать с поличным им давно известных судей-коррупционеров, как обычных граждан-коррупционеров, то навести моральную, противокоррупционную чистоту в судейской среде особого труда не составит. Антикоррупционная чистота в судейской среде, исчезновение коррупционной грязи по 13 статьям Уголовного кодекса РК именно в этой среде – залог обеспечения антикоррупционной чистоты во всем казахстанском обществе.
Тогда проблемы коррупционной преступности, коррупционеров перестанут быть заостренными, и не будет особой нужды «сажать» и освобождать по амнистии коррупционеров.
Интересно то, что статьи Уголовного кодекса РК об экономических преступлениях, искусственно обозначенных коррупционными, входят в разряд коррупционных преступлений, которые не подпадают под амнистию. Приведем в качестве примеров статью 189 («Присвоение или растрата вверенного чужого имущества») и статью 190 («мошенничество») Уголовного кодекса РК, по которым в течение длительного времени по линии бывшей Антикоррупционной службы РК привлекали предпринимателей, создавали ложные доказательства о якобы притворных, незаконных контрактах, по которым предприниматель получал деньги за якобы выполненную работу по контрактам, законодатель искусственно эти статьи относит к «коррупционным», и по закону об амнистии как «коррупционер» лишается права на амнистию и освобождение. Искусственное отнесение осужденного предпринимателя к статусу «коррупционера» никак невозможно, поскольку коррупционер – это государственный служащий, торгующий государственными интересами, а предприниматель по природе своей является «частником», на государственной службе состоять никак не может и поэтому торговать государственными интересами не может по определению. Но нашего законодателя такая алогичность практически не смущает. Поэтому тысячи предпринимателей, находящиеся в тюрьмах, числятся «коррупционерами», и в этой связи под амнистию по недавно принятому Закону РК «Об амнистии» не подпадают.
Между тем, настоящие, злостные, реально нарушившие статьи Уголовного кодекса о взяточничестве и иных взяткополучательских проявлениях коррупционеры подпадают под амнистию по Закону РК «Об амнистии» в связи с принятием новой Конституции РК. Предлагаю внимательно прочесть статью 4 «Лица, в отношении которых не применяется амнистия» Закона «Об амнистии» от 23 июня 2025 года, статью 3 «Лица, в отношении которых не применяется амнистия за совершенные уголовные правонарушения» Закона «Об амнистии» от 01 июля 2026 года: не подпали под амнистию много других статей, но среди них не оказались статья 366 («получение взятки»), статья 367 («дача взятки»), 368 («посредничество во взяточничестве») Уголовного кодекса РК, которые должны были войти в группу статей, не подпадающих под амнистию. Но поскольку этих статей не оказалось ни в статье 4, ни в статье 3, ни во всех других статьях обоих Законов об амнистии как статьи, запрещенные к амнистированию, следовательно, субъекты этих реально коррупционных преступлений, этих явно коррупционных статей вышли на свободу в прошлом 2025 году и выйдут на свободу по амнистии в ближайшее время 2026 года.
И такой беспредел видят заключенные во всех колониях страны. При таких ситуациях трудно воспитывать заключенных в духе законопослушания, если законы, имеющие отношение к ним, не всегда оказываются справедливыми.
Изначальными составителями Закона «Об амнистии» были сотрудники Министерства внутренних дел, которые составляли положения этого Закона под себя, под свои интересы. И своими преднамеренными и непреднамеренными ошибками при составлении этого Закона он подставили Президента страны. Я неоднократно писал письма в Министерство внутренних дел, иные инстанции по поводу этих и других вопросов об амнистии, когда законы о них находились в проекте, но мои рекомендации не нашли соответствующего отклика.
Законы об амнистии последних лет в значительной мере стереотипны, повторяют некоторые ошибки. Поэтому крайне желательно, к каждому закону об амнистии подходить с учетом норм, уже заложенных в законодательство. Разработчики таких законов должны прислушиваться к мнениям профессионалов (теоретиков и практиков) и корректировать законы об амнистии, в случае несогласия с теми или иными предложениями и рекомендациями, публично выдвигать свои контраргументы, отстаивать свои позиции.
Хочу отметить, что авторы статьи в газете «Деловая неделя» верно показали, что возмещать ущерб в неволе, при практическом отсутствии производства во многих колониях, при мизерных зарплатах, заключенные лишены возможности возмещать ущерб. Отсюда вытекает логический вывод: надо освобождать всех лиц, причинивших ущерб, чтобы они могли на воле под присмотром пробационных органов на местах могли посредством бизнеса солидно зарабатывать и возмещать ущерб.
В истории независимого, суверенного Казахстана было осуществлено 15 амнистий. Следует отметить, что казахстанская государственность в виде суверенного и независимого государства, в виде независимого, самостоятельного субъекта современного международного права начала движение по этому пути с акта гуманизма: уже 16 февраля 1991 года Верховным Советом (независимым парламентом) Казахской ССР был принят первый закон об амнистии. Она коснулась кавалеров орденов и медалей СССР, участников боевых действий в интересах СССР и Казахстана, людей с физически ограниченными возможностями, людей, достигших пожилого возраста, беременных женщин, а также матерей с детьми, несовершеннолетних.
По случаю Международного года семьи в октябре 1994 года в Казахстане было решено объявить амнистию. Под нее попали, как свидетельствуют средства массовой информации, 1380 человек, часть из которых освободили, другим было решено сократить сроки, снять судимость либо прекратить их дела на стадии расследования.
Июльская амнистия 1996 года в истории суверенного Казахстана была, масштабной. Она была приурочена к первой годовщине принятия Конституции Республики Казахстан республиканским референдумом народа страны 30 августа 1995 года. Средства массовой информации подсчитали, что освобождение от наказания получили почти 11 тысяч человек, а 2,3 тысячам осужденным сократили сроки наказания.
Пик гуманизма в истории суверенного Казахстана пришелся на лето 1999 года, поскольку 13 июля 1999 года президентом казахстанского государства был подписан Закон под впечатляющим названием: «Об амнистии в связи с Годом единства и преемственности поколений». Данный акт милосердия был впечатляющим, поскольку по сведениям СМИ, 15 705 человек покинули стены колоний, а еще 2270 осуждённых получили сокращенные сроки уголовного наказания.
2001 год оказался необычным в свете того, что президентом Казахстана была подписана амнистия, которая имела отношения не к заключённым, а к «теневым» денежным средствам казахстанских граждан. Говоря другими словами, этот Закон «Об амнистии граждан РК в связи с легализацией ими денег» ставил перед собой цель: привлечь дополнительные денежно-финансовые средства в экономику страны.
По случаю 10-летия суверенитета Республики Казахстан в 2000 году государство решило освободить от наказания 7791 человека, в том числе 964 заключённых. В связи с 10-летием независимости в 2002 году свободу по амнистии встретили 693 человека, в целом же амнистия коснулась более 10 000 осужденных лиц. Особенностью амнистии анализируемого года было то, что шанс на освобождение получили те осуждённые за тяжкие преступления, которые к 2002 году отбыли не менее трети срока тюремного наказания. 15-летие независимости республики в 2006 году 1406 лиц встретили свободу на воле по амнистии. В том же 2006 году Казахстаном была проведена не совсем обычная амнистия, которая предназначалась не преступникам, а была задумана как содействие трудовым мигрантам. Закон коснулся тех граждан СНГ, которые работали в Казахстане нелегально, и их работодателей из числа преимущественно граждан Казахстана. Целью данной амнистии было легализовать данный сегмент рынка труда. 20-летие независимости в 2011 году страна решила отметить предоставлением свободы по амнистии 859 заключенным и предоставить различные послабления 3487 осужденным людям. В 2016 году, когда Казахстан отмечал 25-летие своей независимости, более 2338 человек получили снижение сроков наказания, снятие судимостей, 1220 заключенных обрели свободу по амнистии.
7 декабря 2021 года президентом РК был подписан Закон Республики Казахстан «Об амнистии в связи с 30-летием независимости РК». Эта амнистия, вступившая в силу в начале 2022 года, примененная поэтапно в течение 6 месяцев, как свидетельствуют данные Комитета уголовно-исполнительной системы МВД РК и Генеральной прокуратуры республики, привела к освобождению 1300 человек из исправительных колоний, к предоставлению 11 000 человек к различным видам амнистии в виде снятия судимостей, снижения сроков наказания. Отдельный Закон об амнистии был подписан 2 ноября 2022 года в отношении осужденных участников Кантара (январь 2022 года). В декабре 2022 года, согласно цифрам Генеральной прокуратуры, амнистия коснулась 1071 человека: для нескольких сотен сократили сроки, 68 человек были сняты с пробации, а 60 человек, получив свободу, покинули колонии. По случаю 30-летия Конституции 23 июня 2025 года президентом РК был подписал закон об амнистии (эти данные взяты из материала: История казахстанских амнистий – от легализации капиталов до прощения мародёров. - https://centralmedia24.kz/istoriya-kazahstanskih-amnistij-ot-legalizaczii-kapitalov-do-proshheniya-marodyorov/. 1 июля 2026 года президент страны подписал Закон «Об амнистии в связи с принятием новой Конституции РК».
Амнистии в истории суверенного Казахстана преследовали разные цели: они были актами гуманизма, руководство страны исходило из необходимости разгружать перегруженные численностью заключенных тюрьмы, а также руководствовалось экономическими стимулами. Какие бы цели при этом ни преследовались, главным является то, насколько решения по амнистиям и их исполнение были и будут обоснованными, прозрачными и реально справедливыми. Пока в стране нет открытой статистики и анализа судьбы амнистированных.
С момента обретения независимости в Казахстане выработали особую традицию – отмечать ключевые вехи истории актами гуманности.
Что можно и нужно сделать в ближайшем будущем, чтобы амнистии служили средствами утверждения реального гуманизма, проводились на основе скрупулезного соблюдения законности и стали воплощением истинной справедливости?
1. Тексты законов об амнистии ни в коем случае не должно разрабатывать Министерство внутренних дел РК; они должны разрабатываться Министерством юстиции РК как нейтральным, объективным и профессиональным правовым органом. К тому же, термин «юстиция» по латыни означает «милость, справедливость». Анализ текстов законов об амнистиях показал, что МВД является исполнительным, а не законотворческим органом: он не профессионален в статьях и законах, имеющих отношение к конституционному строю, безопасности, экономическим вопросам, информатизации и связи, экологии и другим проблемам: еще и поэтому он не может стать разработчиком законов об амнистии. Кроме того, из разработанных Министерством внутренних дел законов об амнистиях видно, что разработчики сделали все, чтобы выгородить своих коллег-пыточников (статья 146 УК РК «жестокое обращение, пытки»), выгородить своих коллег - волокитчиков, бездельников (статья 370 УК РК «бездействие»), выгородить махровых взяточников (статьи 366 «получение взятки», 367 «дача взятки», 368 «посредничество во взяточничестве» УК РК), предоставив им всем возможность выйти на свободу по амнистии как в 2025, так и в 2026 годах. Это выгораживание было сделано с помощью структурной эквилибристики (лавирования) в тексте Закона об амнистии. Казалось бы, куда проще в тексте Закона об амнистии привести перечень статей Уголовного кодекса РК, которые подпадают под амнистию. Любой заключенный мог бы предметно и конкретно видеть, что его статья УК РК с названием подпала под амнистию и соответственно он уже мог собирать документы для амнистии. Но при таком подходе вышеприведенные статьи УК РК с названиями разработчики МВД под амнистию подвести никак не могли бы. Тогда они сделали структурно наоборот: привели огромный, массивный перечень статей УК РК, которые не подпали под амнистию, а амнистированными оказались те статьи, которые в этот перечень не попали. И только благодаря скрупулезному, сравнительно-аналитическому подходу мне удалось выявить преступления по тем махровым статьям 146, 370, 366, 367, 368 УК РК, которые никак не должны были подпасть под амнистию, но они (преступники по этим статьям) все же незаконно, благодаря разработчикам МВД получили право на освобождение.
Исходя из этого, Минюст при разработке текстов законов об амнистиях может послушать мнения представителей МВД, но у МВД в будущем должно быть только право совещательного голоса.
2. Руководители правовой сферы Администрации Президента РК должны требовать от разработчиков законов по амнистии тщательного соблюдения всех казахстанских законов, имеющим отношение к амнистии, а не развращать их подходами о так называемой «практической целесообразности» («мы обязаны коррупционерам преградить путь к амнистии, и это надо записать в Законе об амнистии, несмотря на то, что в Уголовном кодексе есть статья 78, не содержащая коррупционеров в перечне преступников, которым не полагается амнистия»: при этом мы не будем вносить коррективы в Уголовный кодекс в отношении коррупционеров, поскольку мы исходим из практической целесообразности не портить имидж страны на международной арене»).
3. Руководителям комитетов, депутатам Курултая (парламента РК), принимая участие в разработке и принятии законов об амнистии в будущем, необходимо блюсти честь и достоинство законодателя страны, не поддаваться незаконным телефонным указаниям отдельных руководителей, а требовать письменных указаний в отношении тех или иных проблем, имеющих отношение к вопросам амнистий.
4. Я подчеркиваю, что последние 2 закона Республики Казахстан об амнистии (от 23 июня 2025 года и от 1 июля 2026 года), имеющие отношение к двум нашим Конституциям страны от 1995 и 2026 годов, содержат в себе в обоих случаях непростительно-преступную ошибку, суть которой состоит в следующем. Первые строки обоих Законов об амнистии начинаются с бичевания лиц, совершивших коррупционные преступления, которое сходит на нет в статье 4 Закона об амнистии от 23 июня 2025 года и в статье 3 Закона об амнистии от 1 июля 2026 года, в которых разработчики МВД РК и депутаты Мажилиса и Сената Парламента РК убрали статьи 366 («получение взятки»), 367 («дача взятки»), 368 («посредничество во взяточничестве») Уголовного кодекса РК, благодаря чему маститые, злостные, крупные коррупционеры получили свободу по Закону об амнистии от 23 июня 2025 года, следующая партия таких же коррупционеров готовится к выходу на свободу на основе Закона об амнистии от 1 июля 2026 года. А мелких коррупционеров бичуют, заставляют их отсиживать в тюрьме за себя и за них. Тем самым они (разработчики) подставляют Президента страны. В этой связи я готов встретиться в кабинете Президента РК со всеми ответственными разработчиками этих 2-х законов и дискутировать с ними в присутствии Главы государства.
5. Исходя из того, что несколько тысяч предпринимателей, обвиненных, как правило, незаконно по экономическим статьям Уголовного кодекса РК, находятся в колониях, а не содействуют своими видами бизнеса развитию экономики страны, которая нуждается в профессионалах сегодня, как никогда, и которые находятся на иждивении государства в тюрьмах, настоятельно предлагаю руководству страны объявить в отношении их массовое помилование, отпустить на свободу под надзор пробационных органов (органов административного надзора) полиции на местах, чтобы они реально поднимали экономику страны в регионах и в стране в целом, зарабатывали бы солидные деньги и могли бы возмещать ущерб государству, юридическим и физическим лицам, если такой ущерб доказан убедительными доказательствами. А они ведь сидят в тюрьмах, как правило, не имеют работы, не имеют зарплаты, а питаются и живут за счет государства.
6. А чтобы Законы об амнистиях стали обоснованными, прозрачными и реально справедливыми, предлагаю подключить к реализации на местах этих 2-х Законов об амнистии социологов и правоведов-теоретиков, которые могли бы проводить опросы и исследования в пробационных органах полиции, в учреждениях участковых инспекторов, кто, по какой статье Уголовного кодекса был осужден, по какой статье был освобожден по амнистии, сколько лет находился в колонии, информация по которым могла бы предоставляться в МВД, Генеральную прокуратуру, Министерство науки и высшего образования с последующим обсуждением этих вопросов об амнистии по центральным каналам телевидения страны. Для этого судебная статистика, в том числе судебно-правовая статистика по амнистии и амнистированным ни в коем случае не должна находиться под руководством Генеральной прокуратуры РК: Комитет по судебно-правовой статистике должен находиться в основном Бюро по статистике Республики Казахстан, которое обеспечивало бы опубликование практически всех статистических цифровых данных по видам преступлений, по профессиям преступников, в том числе амнистированных лиц. Вот тут и всплывут те амнистированные лица из числа злостных коррупционеров, которые не должны были быть по идее освобождены по амнистии. И это можно и нужно будет обсуждать на региональном и центральном уровнях страны и принимать соответствующие меры как по отношению к тем, кто незаконно амнистирован, так и по отношению к тем, кто допустил незаконное амнистирование. К тому же, такой подход заставит пробационные органы на местах работать более четко, квалифицированно и дисциплинированно.
7. Я думаю, что на амнистию могут рассчитывать и лица, совершившие тяжкие преступления. В истории предоставления амнистий в Казахстане лицам, совершившим тяжкие преступления, предоставляли возможность быть освобожденными по амнистии в случае отбытия одной трети срока наказания. По факту он может отбыть две трети, три четверти своего срока наказания. При этом у него может не быть дисциплинарных взысканий в его поведении, более того, он может иметь благодарности за поведение в труде, учебе, в быту. Предпринимателя, обвиненного в тяжком экономическом преступлении нельзя приравнивать к преступнику, совершившему тяжкое преступление против личности (убийце, насильнику, пыточнику), поэтому он (предприниматель) должен иметь безусловное право на амнистию. По приговору он может быть обвинен в тяжком преступлении, но не быть виновным в действительности, как Челах, например. База доказывания вины в экономических преступлениях очень часто оказывается сфальсифицированной следователями и поддержанной в последующем судьями. Статьи об экономических преступлениях могут использоваться при политизированных делах и с этой целью объявляют их корруппционными, чтобы не позволить таким лицам выйти на свободу по амнистии. Чтобы не допустить к амнистии таких лиц, администрация колонии может искусственно устроить инцидент, в результате чего человек получает взыскание, которое используется судьей как непреодолимая преграда для получения освобождения по амнистии. В подобных обстоятельствах должен разбираться Уполномоченный по правам человека в Республике Казахстан при Президенте РК.
8. Освобождение полутора тысячи заключенных их тюрем страны – мизерное число на фоне проведенных амнистий в истории суверенного Казахстана, в частности, амнистии 1999 года, когда выпустили из тюрем почти
9. Ордена и медали казахстанских граждан, которых они были удостоены в связи с их вкладом в развитие и благополучие казахстанского общества и государства, нужно в меньшей степени их лишать, а в большей степени их учитывать при реализации законов об амнистиях.
Сарсембаев Марат Алдангорович,
доктор юридических наук, профессор, юрист – практик и теоретик с многолетним стажем, экс-работник органов прокуратуры, член Экспертного совета Комиссии по правам человека при Президенте Республики Казахстан, член Научно-консультативного совета Конституционного суда РК, член Ученой комиссии при Уполномоченном по правам человека Республики Казахстан, экс-член Комитета ООН по правам человека
